Боль, которой можно гордиться: третья тату-конвенция прошла в Минске

Татуировки всегда были “горячей” темой. Десятилетиями они воспринимались как символ беззакония, а после - пустого бунтарства. В наши дни нательные рисунки наконец признаны широкой общественностью как одно из проявлений художественного мастерства и креатива.

Негатив изживает себя, и все больше людей стремятся воплотить свои идеи в жизнь. Не последнюю роль в этом играют конвенции и фестивали, на которых можно поближе познакомиться с культурой татуировки. В эти выходные, 19 и 20 ноября, во Дворце Спорта прошла III Международная тату-конвенция, где можно было оценить работу лучших мастеров Беларуси и ближнего зарубежья.

Войдя в павильон, кажется физически невозможным сфокусироваться на чем-то одном - моментально оказываешься среди ярких вещей и красивых людей. Между тем, по залу Дворца Спорта разносится мерное жужжание тату-машинок: мастера с самого утра начинают работать с клиентами, которые согласились на эти два дня стать главными экспонатами мероприятия.

Под одной крышей организаторы объединили представителей самых разных субкультур и творческих направлений. Посетителей ждала армия талантливых ремесленников, шоу-рум, озера кофе, old school-видеоигры и множество вещей, мимо которых просто так не пройти: непременно захочется унести что-нибудь с собой - если не красочный эскиз, то как минимум деревянный магнит.

Не стоит забывать и о конкурсной программе конвенции. В этом году она оказалась весьма внушительной: например, в номинации на лучшую монохромную татуировку было заявлено четыре десятка работ, из-за чего судьям пришлось нелегко. По сложившейся традиции, имена мастеров оставались тайной до объявления победителей.

Нельзя было обойти стороной и главных героев мероприятия - татуировщиков. О своем ремесле и отношении к конвенции рассказал Максим Яшков, молодой мастер салона Black&White:

- В первую очередь, как мастеру Вам нравится конвенция?

- Все прекрасно. Здорово, что у нас проводятся такие мероприятия - когда-то этого очень не хватало.

- Это уже третья по счету конвенция...

- ...и в третий раз я с удовольствием сюда прихожу. Правда, только второй раз - как татуировщик.

- И оба раза Вы проводили здесь сеансы? Сложно ли работать здесь, в отличие от студии?

- Ничего сложного. Адаптируешься за несколько минут и продолжаешь работать, как обычно. Да, иногда клиенту приходится принимать не совсем удобную позу, но вот если работать с конечностью - все классно.

- Сколько сеансов вы успели здесь провести?

- Оба дня я работал над одним человеком.

- И как Ваш клиент относится к тому, что процесс видит множество людей?

- Это заранее оговорено - все знают, на что идут, что за работой будут наблюдать, фотографировать и снимать на видео. Клиенты намеренно идут на это.

- В каком стиле вы сами предпочитаете работать?

- Сейчас мне интересны все жанры. Я могу сегодня буквально плеваться от одного стиля, а через месяц жажду сделать то, что мне до этого не нравилось. Сейчас осваиваю цвет - раньше я опасался с ним работать. Возможно, когда-нибудь вернусь обратно к монохрому.

- Каким Вы представляете себе хорошего клиента?

- В первую очередь, адекватным и способным выдержать стресс - работу без анестезии.

- Многие ли требуют обезболить место нанесения татуировки?

- Немногие, но такое бывает.

- Как это влияет на Вашу работу?

- Приходится прерывать процесс, делить на более короткие стадии. Я бы не сказал, что мне это неудобно. Это нормально - не все люди терпят боль. Может быть, это старомодно, но мне кажется, что основная плата за татуировку - это боль. Не деньги, а именно ощущения, которыми тоже можно гордиться.

- Вам полностью “забивали” шею - это ведь очень чувствительная область?

- Да, закрашивали понемногу - не стану хвалиться, что я героически все это выдержал за раз.

- Как у вас появилось желание получить такой рисунок?

- Сложный вопрос. Мне кажется, пока ты не мешаешь кому-то, ты в праве самовыражаться, как угодно. Захотел - сделал.

- А приходится отговаривать клиентов от татуировок?

- Иногда. Например, когда пытаются выжать максимум из заведомо провальной идеи.

- Бывали ли случаи, когда клиент был полностью доволен татуировкой, а Вы - не совсем?

- Да, несколько раз, но я не портил клиенту впечатление, если он был доволен моей работой.

- Можете ли Вы назвать себя перфекционистом?

- Я постоянно работаю над собой, поэтому да.

- И как вы относитесь к работам других мастеров - как к соревнованию или как шанс обменяться опытом?

- Я пришел не за конкуренцией - скорее, за новым опытом. С кем-то из мастеров я уже знаком, кого-то сегодня встретил впервые. В любом случае, у многих есть, чему поучиться. Пройтись и понаблюдать получилось только сегодня - вчера я сам много работал и уже не застал некоторых интересных мне мастеров. Но то, что я сегодня увидел, мне было очень полезно.

- Вынесли ли вы какие-то конкретные, самые яркие идеи?

- Сложно сразу ответить - мне еще нужно разложить по полочкам все, что я увидел сегодня.

Однако за кулисами конвенции работа не прекращается ни на минуту - все происходящее не остается без внимания создателей. О том, как развивается минская тату-конвенция, dosug.by распросил Алексея Новикова, владельца студии DopeInk и организатора мероприятия:

- Вы, возможно, лучше всех видите, как эволюционирует индустрия татуировок в Беларуси. Какие сейчас есть заметные тенденции?

- Эволюция заключается в первую очередь в отношении, восприятии татуировки обществом. Раньше считалось, что татуировка - это признак отношения к криминалу. Принадлежность к субкультурам через татуировки выражается и сейчас, но с криминалом связи больше нет. Что еще? Люди выбирают более смелые сюжеты для татуировок: за счет этого татуировка становится более разнообразной - больше стилей, больше уникальных образов.

- Вы уделяете сегодня большое внимание организационной работе. Много ли проблем на фестивале?

- Мероприятие масштабное, с нами работает множество подрядчиков и организаций: от застройки стендов до работы с артистами, выступающими в эти два дня. Все это требует внимания и слаженной работы очень большого количества людей. Конечно же, накладки случаются. Напомню, мы всего лишь третий раз делаем что-то подобное. С каждым годом мы слышим все больше комплиментов касательно развития конвенции. И да, развитие предполагает, что некоторые вещи приходится делать впервые. А когда делаешь что-то в первый раз, тяжело не ошибиться. Учимся и на своих ошибках.

- А что нового вы ввели в этот раз? Я заметила инсталляцию, рассказывающую о традициях бирманской татуировки, где сейчас работает мастер.

- Это Петр Войцеховский, владелец единственного на сегодняшний день европейского музея татуировки (Гливице, Польша), где со всего мира собраны артефакты, имеющие отношение к татуировке. Прямо сейчас он традиционным бирманским методом наносит татуировку Андрею Бонду, белорусскому телеведущему. Что до нововведений, в этом году мы уделили большое внимание маркету и развлечениям. Людям, естественно, хочется увидеть как можно больше, поэтому мы добавили фуд-корт и детскую зону для того, чтобы родители с детьми могли полноценно провести здесь два дня - обычно этого не хватает на конвенциях.

- И здесь довольно много мастеров hand-made и интересных вещей - например, кофейня в стиле steam punk.

- Это все такое же искусство, как и татуировка. Мы все друг друга знаем, мы все ремесленники и нам комфортно работать вместе.

- Так как лучше говорить - ремесло или искусство?

- Эти понятия очень сочетаются: все, от обувного до парикмахерского искусства, можно назвать ремеслом. Все связано с созданием художественных образов.

- А сами вы занимались нанесением татуировок?

- Нет, я профессиональный организатор, но так сложилось, что я тесно связан с миром татуировки. В итоге все вылилось в создание вот этой конвенции.

- Но себе вы татуировки делали. Помните свои первые тату? С чего начинается ваше желание нанести на себя рисунок?

- Мне кажется, это начинается у человека с желания быть похожим на своих героев, музыкантов, людей шоу-бизнеса. С желания показать окружающим свою привязанность к определенной субкультуре. Точно так же было и у меня: я вырос в рок-тусовке и моими кумирами всегда были музыканты с большим количеством татуировок. Мне хотелось чувствовать себя в своем кругу. Первую татуировку я сделал в сознательном возрасте - мне было около двадцати лет.

- Также вы владеете тату-салоном DopeInk. Сложно ли руководить таким бизнесом и развивать его?

- Да, сложно. Татуировщики - творческие люди. Наверное, любой организатор, которому приходится руководить творческими людьми, скажет вам, что это тяжело.

- А конкурируют ли между собой мастера и салоны?

- Конкурируют между собой “поточные” салоны, где делают на среднем уровне одно и то же и так, как хочет клиент. У нас другое отношение: все, кто выставляется на подобных мероприятиях - люди, чье авторство узнаваемо, и такие люди между собой не конкурируют. Потребитель точно знает, какой мастер ему нужен.

- У одного из мастеров я сегодня заметила табличку “Клиент всегда не прав”. Так и есть?

- Конечно же, здесь есть большая доля юмора, но очень часто приходят люди, которые недостаточно хорошо разбираются в рисунке, или с плохо развитым чувством прекрасного. Хотят получить татуировку, о которой могут пожалеть, когда у них откроются глаза. Наша задача - не дать этому случиться. Кроме того, все наши татуировки - наше портфолио, и мы не стремимся делать то, что нам не нравится. Практически ежедневно приходится отказывать и переубеждать.

- Это большая помощь.

- Это однозначно большая помощь, потому что из тех же поточных салонов к нам приходят люди со слезами и просьбами переделать то, что переделать тяжело или вовсе невозможно. Поэтому, рекомендация: не искать, где дешевле, а искать известных мастеров, работой которых владелец татуировки будет гордиться долгие годы.

- Стремятся ли зарубежные мастера попасть на конвенцию?

- Конечно! Навскидку, больше половины участников сегодня - мастера из других стран: в основном из России,  а также из Польши, Узбекистана и Болгарии. Учтите и то, что мы все друг друга знаем - это тоже большая субкультура. Подобные конвенции проходят по всему миру, и мы всегда ездим в гости, чтобы пообщаться, обменяться опытом и увидеть новые работы наших друзей. Помимо привлечения клиентов и популяризации, огромная часть всего этого - общение между собой, как в большой семье. И конвенции, и салоны сотрудничают между собой.

- Кстати, сколько Вы можете насчитать в Минске салонов, переросших “поточность”?

- Четыре-пять, не больше. Я говорю о салонах, рекламы которых вы не встретите в метро.

- Широко известных в узких кругах?

- Да, скажем так.

- Тем не менее, Вы проводите масштабный пиар своего салона на различных мероприятиях.

- Стараемся. Опять-таки, это мероприятия, имеющие отношения к различным субкультурам. В метро бы мы смотрелись неорганично. А вот FSP (Freaky Summer Party) - это совершенно наша тарелка. ПроНебо (фестиваль авиационного спорта) - тоже.

- Главное - найти правильное место?

- И правильную публику. Мы не стремимся ставить свое дело на поток.

- А конвенция как реклама работает хорошо?

- Я считаю, конвенция - лучшая реклама для салонов и мастеров. Мы собираем здесь несколько тысяч человек, и для потребителя это лучший путь: прийти и увидеть все своими глазами, рассмотреть портфолио лучших мастеров, познакомиться с ними, обсудить идеи и понаблюдать за реальной работой - сделать все то, что невозможно интернете. Там вы скорее найдете болото из деструктурированной информации - вязкое и бестолковое, а здесь все можно увидеть и понять.

- А сложно организовать рабочее место татуировщика на конвенции? Ведь обычно это почти стерильная студия, а здесь - открытый стенд.

- Конечно, это сложнее студии, но, повторюсь - здесь работают лучшие мастера. Мы дорожим клиентами и делаем все для того, чтобы обеспечить их безопасность: все работают с дезрастворами, все рабочие поверхности защищены и уже давно используются одноразовые стерильные инструменты. Риск сведен к минимуму.

- Много ли претендентов на участие в конвенции?

- Да, приходилось проводить отбор и отказывать некоторым желающим. Да и для тех, кто попытался впрыгнуть в последний вагон, места уже не хватало.

- Если количество желающих заметно превышает доступные места - это ведь успех.

- Да, но есть нюанс - в будущем хочется сделать отбор еще жестче.

- Конвенция станет еще ярче?

- Разумеется. Не знаю, будем ли мы делать ее больше, но в первую очередь она станет качественнее. Соответственно. требования к мастерам и студиям будут выше - возможно, придется отказывать большему количеству желающих.

- Есть ли какие-то конкретные планы на следующий год?

- В этот год я в очередной раз обещаю себе, что это будет последняя конвенция. Это тяжело - у меня уже борода поседела! (смеется) Но, конечно же, я себе вру - это творческая работа, заряжающая энергией. Люди, которые благодарят нас и делятся своими яркими впечатлениями в соцсетях - все это получает отклик в сердцах всех организаторов и заставляет нас повторять это снова и снова.